Полезность жизненного опыта В. В. Розанова

Полезность жизненного опыта В. В. Розанова

Доклад 22 марта 2019г. на конференции по В. В. Розанову в Христианской Гуманитарной Академии (Василий Васильевич Розанов 1856–1919 гг.)

40-летнпий В. Розанов писал: «В 1895–1896 году я определённо помню, что у меня не было тем. Музыка в душе есть, а пищи на зубы не было».
И как прочие бездари в творчестве по примеру Белинского, Добролюбова и пр. он занялся критикой:
«У Грибоедова везде недостаёт теплоты; у Тургенева нигде нет
религиозного, христианского глубокомыслия... Крылову недостаёт
интеллигентности», о М. Салтыкове-Щедрине — «Пренесносный Щедрин»,
«Как „матёрый волк“ он наелся русской крови и сытый отвалился в
могилу (о Щедрине)».
о К. Леонтьеве — «Славянофил без добродетели», «Поджигатель», «хотел бы ввергнуть в борьбу и распрю, даже в страдание», «диктатор без диктатуры»
Наконец — «эхо-Пушкин нигде не внедряется в предметы, а, как волна только
окатывает их...».
В. Розанов: «Рот переполнен слюной, — нельзя выплюнуть. Можно попасть в старцев».
От Розанова больше всех досталось Николаю Гоголю — «у Гоголя нет благодушия и простодушия...», «холодный человек», «дьявол вдруг помешал палочкой дно: и со дна пошли токи мути, болотных пузырьков... Это
пришёл Гоголь. За Гоголем всё. Тоска. Недоразумение...», «Появление
Гоголя было большим несчастьем для России, чем всё монгольское
иго... В Гоголе было что-то от трупа».
Через 10-15 лет проследим эволюцию Розанова по отношению к Гоголю...

Поиски «пищи на зубы» привели В. Розанова 6 марта 1903 года к Льву Толстому: «Проговорили весь день... Между прочим о семье и браке, о поле, — я увидел, что во всём этом он путается, как переписывающий с прописей гимназист... и ничего в этом не понимает... Ни — анализа, ни — способности комбинировать; нет даже — мысли... С этим нельзя взаимодействовать, это что-то imbecile...» (слабоумное).
И Р. Написал работу «На закате дней», в которой додумался за три года до смерти Л. Толстого издевательски описать — как будет выглядеть смерть Толстого и реакция публики на это, — чтобы Л. Н. Толстой ещё при жизни смог почитать о своих похоронах...
В работе Розанова «Поминки по славянофильстве и славянофилах» (1904 г.) — досталось и славянофилам.

Мыслитель Розанов
«У меня есть какой-то фетишизм мелочей. Мелочи суть мои боги»
«Я ввел в литературу самое мелочное, мимолётное, невидимые движения души, паутинки быта», «Человек живёт как сор и умрёт как сор»
Родила червяшка червяшку.
Червяшка поползла.
Потом умерла.
Вот наша жизнь.
А на философском поле Розанов не мог не задеть великого В. Соловьёва.

Розанов и В. Соловьёв
«Такой будет жить „в номерах“, „гостить у приятеля“, но ни к кому
не станет „на хлеба“. „Соловьёв харчуется там-то“, — нельзя выговорить,
и просто такого не было», — писал с завистью и одновременно с ненавистью о В. Соловьёве Розанов.
«Вл. Соловьёв в высшей степени „властей не признавал“, и это было как-то метафизично у него, сверхъестественно; было как-то страшно и особенно».
«Соловьёв «был таинственным и трагическим образом
совершенно не русский».
«Многообразный, даровитый, нельзя отрицать — даже гениальный
Влад. Соловьёв едва ли может войти в философию по обилию в нём
Вертящегося начала»
Ситуация с В. Соловьевым напоминала известный сюжет из басни
«Слон и Моська». В. Соловьёв в 1894 году в статье «Свобода
и вера» очень метко обозвал В. Розанова — «Иудушкой Головлёвым»
за его «это своеобразное, елейно-бесстыдное пустословие».
А когда во сей своей славе Соловьёв 26 февраля 1900 года в помещении Петербургской городской Думы читал публичную лекцию и обратился к своей работе «Краткой повести об Антихристе» и стал рассуждать
об Антихристе и его разоблачении, — то в самый напряженный момент в полной тишине его недруг Вас. Розанов неожиданно с грохотом упал со стула в сопровождении дружного хохота и шуток о разоблачении антихриста Розанова.
Но В. Розанов наконец-то заподозрил слабое место Соловьёва и своё преимущество перед ним: «Уверен, что хотя „влюблены в него были многие“, но он никого решительно, ни одной девушки и женщины, не „поцеловал взасос“...».
И Розанов замахнулся в этой табуированной теме — в сексуальных отношениях на серьёзные открытия — и в его работе «Лунные люди» есть название главы «Пол как прогрессия нисходящих и восходящих величин», где Розанов вполне серьёзно пытался вывести математическую формулу половых отношений, но научного открытия у него не получилось. Хотя он сделал глобальный вывод:
«Связь пола с Богом — большая, чем связь ума с Богом, даже чем
Связь совести с Богом...».
В этой теме он обрушился с критикой на христианство и Пушкина — христианский брак по Розанову — это «голое и безлюбовное размножение», производство «духовных чад Церкви».
«„Татьяны милый идеал“ — один из величайших ложных шагов
на пути развития и строительства русской семьи... Я говорю, идеал
Татьяны — лжив и лукав...».
Узнав, что в Индии есть два древних эпоса, он воскликнул: «Ничего в России нет, — нет вот такой Рамайаны и Махабхараты... Ничего нет...
Бездарный, слабый народ. Не великий духовно и умственно»" — это о русских.
Отсюда и знаменитый афоризм Розанова о России: «Свинья — Матушка».
Идеал во всем — и в половых и семейных отношений В. Розанов обнаружил не у индусов, а у евреев:
«Бедные торговки и сплетницы, несчастные процентщики и часовщики в дни труда и забот, — они среди свечей и огней священных воспоминаний в вечер истины (субботний вечер) как бы становятся царями земли... — „они возжигают свет новой жизни“ не как свиньи и мы...»
И здесь начинается потрясающая трагическая история Розанова с евреями.

Розанов и евреи
«Всю жизнь Розанова мучили евреи. Всю жизнь он ходил вокруг —
да около них как завороженный...», — писала в мемуарах З. Гиппиус
Розанов объяснял: «Отроду я никогда не любил читать Евангелие. Не
влекло. Напротив, Ветхим Заветом я не мог насытиться...»
В. Розанов писал Гершензону: «Что касается евреев, то, не думая
ничего о немцах, французах и англичанах... — я как-то и почему-то „жида в пейсах“ и физиологически (почти половым образом — В. Роз.) и художественно люблю и, втайне в обществе всегда за ними подглядываю и любуюсь... Мне все евреи и еврейки инстинктивно милы».
И много лет подряд Розанов стал петь гимн евреям.
«Только болваны — всемирные историки не догадываются, что без „жидка“ гаснет всемирная история».
В 2000 году в России была издана книга еврейских авторов Ефима Курганова и Генриеты Монди под названием «Василий Розанов и Евреи», в которой авторы утверждают:
«Розанов нашёл в себе силы признать, что полумеры бессмысленны, что нужно или отбрасывать условности и открыто признавать собственное варварство, или нужно уживаться с народом Израиля и учиться у него великому искусству национального самосохранения, что сам Розанов и делал... Никто не захотел понять, что Розанов не осуждал, а
восхищался (евреями) и завидовал им...
Всякая попытка низвергнуть Израиль в бездну означает для русского человека только решительный откат к дикости, к полному озверению...
Отрицать избранность еврейского народа, считать её временной,
преходящей — это ересь, ведь бог избранность эту не отменил... И христианство было для мыслителя (Розанова) не что иное, как замутнённый
источник».
Перед еврейской, бундовской русской революцией в России 1901-1906гг. Розанов занимался откровенной пропагандой иудаизма и евреев в журнале «Новый путь», где с 1903 года Розанов печатает серию статей под названием «Юдаизм».
И закономерно, что жуткий террор Азефа, Гершуни, Рутенберга и пр. еврейских террористов Розанов принял с восхищением:
«„Явились как будто безбожники, а работают как ангелы, посланные Богом“ — написал он в 1906 году. Соответственно радовался он массовому убийству террористами русской правящей элиты: например, после убийства Плеве радостный В. Розанов издал в Париже произведение под кощунственным названием „Когда начальство ушло“, где писал:
„Сгорели в пожаре Феникса отечества религия, быт, социальные связи, сословия, философия, поэзия“.
Молодой Н. А. Бердяев в 1907 г. дал точную оценку В. Розанову:
„Хвалёный „мир“ Розанова есть кладбище, в нём всё отравлено трупным ядом... Розанов... начинает флиртовать со стихией революции... Но политическая неосведомлённость, я бы сказал, почти малограмотность мешает Розанову разобраться в существующих политических течениях...“.

В. Розанов против Христианства
И соответственно, когда в этот период революционные силы гнобили одну из опор народа и государства — христианство и особенно Иоанна Кронштадского, то Розанов старательно им помогал в этом своими многочисленными антихристианскими лекциями, статьями и книгами:
„Отчего падает православие“, „Около церковных стен“, „Русская церковь“, „В тёмных религиозных лучах“, „Тёмный лик“, „Люди лунного света“, — „наше христианство — нехорошо и душевредно“ — писал он.
Не поняв, что либеральный кружок Гиппиус духовно связан с революционерами Розанов в своей бурной антихристинаской деятельности налетел на Мережковского:
„Открыв или перелистав его книги, можно прийти в смятение, в ужас, даже — в негодование. „Бог, Бог, Бог, Христос, Христос, Христос“, — положительно нет страницы без этих Имён...“ И Розанов против Мережковского повторил свой излюбленный антисоловьёвский прием:
» «Идейно» вы можете говорить что угодно, а как вас положить в одну постель с «курсисткой» — вы пхнёте её ногой. Всё этим и решается.
А с «попадьею» если также, то вы вцепитесь её в косу и станете с ней кричать о своих любимых темах, и, прокричав до 4-х утра, все-таки в конце концов совокупитесь с нею в 4 часа, если только вообще можете совокупляться (в чём я сомневаюсь — Роз.). В этом всё
дело, мой милый, — «с кем можешь совокупляться». А разговоры — про-
сто глупости...«.
В это же время Розанов в очередной работе в 1909 году «О Песни Песней» продолжал петь восторженный гимн еврейской нации. И еврейский художник Бакст в благодарность от еврейского народа написал большой портрет Розанова — который сейчас в Третьяковском музее.
По своей политической безграмотности Розанов поссорился и с революционным писателем М. Горьким, без его согласия опубликовал приватную переписку между ними. По этому поводу известный писатель
Леонид Андреев писал в письме Горькому:
«Относительно Розанова — ...Бывают же такие шелудивые и безнадёжно погибшие в скотстве собаки, в которых даже камнем бросить противно, жалко чистого камня». Хотя позже Горький ответит Розанову добром.

Наступил переломный для В. Розанова 1911 год
В 1911 году Розанов активно и очень оригинально встал на защиту еврейского сообщества в дискуссии по нашумевшему делу Бейлиса, якобы ритуально убившего в Киеве православного мальчика Юру Ющинского.
Розанов с помощью своих еврейских друзей взялся за глубокое изучение этой темы. И его оригинальность состояла в том, что в первом варианте своей книги «Обонятельное и осязательное отношение евреев к крови» он, признавая умышленный ритуальный характер убийства мальчика, — попытался оправдать это убийство, совершенное 13 уколами в виде пентаграммы, некими высшими религиозными смыслами.
Журналист и писатель Владимир Крымов по этому поводу заметил о Розанове: «...будучи уверен, что какие-то секты ортодоксальных евреев употребляют христианскую кровь, он это отнюдь не осуждает, он этим тайно восхищается».
Понятно, что при этом друзья В. Розанова — евреи, пришли в ужас и гнев, безмерное юдофильство Розанова стало для них опасным. З. Гиппиус по этому поводу писала:
«По существу, (Розанов) пишет за евреев, а вовсе не против них, защищает Бейлиса — с еврейской точки зрения. Положим, такая защита, такое „за“ было тогда, в реальности, хуже всяких „против“; недаром даже „Новое время“ этих статей не хотело печатать».

Период преображения В. Розанова
Непонятый любимыми евреями В. Розанов возмутился и в начале просто ощерился, сделав несколько критических реплик:
«...Как зачавкали губами и идеалист Борух, и такая милая Ревека Ю-на, друг нашего дома, когда прочли „Тёмный лик“... Они думали что я не вижу, но я хоть и „сплю вечно“, а подглядел... И такое счастье на губах, точно она скушала что-то сладкое.
Таких физиологических вещиц надо увидеть, чтобы понять то, чему мы не хотим верить в книгах, в истории, в сказаниях. Действительно, есть какая-то ненависть между Ним (Иисусом Христом) и еврейством. И когда думаешь об этом — становится страшно. И понимаешь нуменальное, а не феноменальное: „распни Его“, Тут я сказал себе: „Назад! Страшись!“».
На почве новых мыслей Розанов стал сближаться с выдающимся философом и священником Павлом Флоренским, который оказал на него большое просветительское влияние, сильно изменил сего сознание. Это заметили окружающие его —
«Какой был юдофил. А вот — дружба с Ф... — Забыл своё влюблённое притягивание к евреям под влиянием Ф.» — сильно переживала «прогрессистка» Гиппиус.
В. Розанов оправдывался перед старым приятелем Гершензоном: «Антисемитизмом я, батюшка, не страдаю: но мне часто становится жаль русских, — как жалеют детей маленьких, — безвольных, бесхарактерных, мило хвастливых, впечатлительных, великодушных, ленивых...».
Словно через сильный туман 55-летний В. Розанов наконец-то стал видеть другие контуры. «Все они — сладкие, демократичные. И безжалостные» — заметил Розанов, и скоро — последнее он в полной мере ощутит на себе.
Большое впечатление и поворотное потрясение произвело на Розанова убийство еврейским террористом главы правительства П. А. Столыпина. Теперь он не радовался и не восторгался этим убийством — как ранее убийству министра Плеве и прочих русских руководителей. В письме Гершензону он писал:
«Я настроен против евреев (убили все равно Столыпина или нет, —
но почувствовали себя вправе убивать „здорово живёшь“ русских), и у
меня (простите) то же чувство, как у Моисея, увидевшего, как египтянин
убил еврея». В. Розанов писал:
«Что делать, после убийства Столыпина — у меня как-то всё оборвалось к ним (посмел бы русский убить Ротшильда и вообще „великого из них“). Это — нахальство натиска, это „по щеке“ всем русским — убило во мне всё к ним, всякое сочувствие, жалость».
И мы видим — теперь 57-летнпий Розанов не стыдился своего антисемитизма, и на примере Розанова мы видим — как антисемитизм закономерно, естественно возникает даже у демократично и либерально настроенных людей.
Особенно Василию Розанову стало жаль русских крестьян, когда он в 1913 году летом отдыхал у знакомых в Молдавии в местечке Сахарна и с ужасом открыл для себя истину жуткого закабаления евреями крестьян, эту картину он описал в своем произведении «Сахарна», в котром писал:
«Сила его (еврейского народа) всегда больше силы окружающего на-
селения, хотя евреев была бы горсточка, и даже всего пять-шесть семей,
ибо эти пять-шесть семей (аналогия с современными олигархами — Р. К.) имеют родственные, общественные, торговые, денежные связи с Бердичевым и Варшавой, да и с Венгрией, с Австрией; в сущности со всем светом... Они имеют „у своих“ бесконечный кредит... (и т. д.)...
И этот „весь еврейский свет“ поддерживает каждого Шмуля из Сахарны, и „Шмуль в Сахарне“ забирает всю Сахарну в свои руки, уже для пользы не своей, а всего совокупного еврейства, ибо укрепившись здесь, он немедленно призывает сюда родственников, родичей, единоверцев в помощь себе... -
в сущности за один обеденный стол с собою, где они кушают тёмную молдавскую Сахарну, кушают её посевы, её птицу, её скот, всё это скупая за бесценок через моментально образуемые синдикаты и не подпуская никакого чужого покупателя ни к какому продукту. Сахарна пашет, работает,
потеет. А евреи её пот обращают в золото и кладут в карман».
Позже, ещё раз обращая внимание на большой плюс и преимущество евреев — на их национальную сплоченность и взаимопомощь, Розанов
написал: «Евреев — не 7 миллионов. Еврей один, у которого 14 миллионов рук и 14 миллионов ног. И он везде ползёт и везде сосёт».
Это было повторение сказанного ещё до нашей эры древним философом Плинием: «Нет тысячи евреев, а есть один еврей, помноженный на тысячу».
Кроме этого В. Розанов открыл для себя истину, которую ещё в середине
19-го века в произведении «Пропала совесть» объяснял М. Е. Салтыков-
Щедрин, — В. Розанов:
«Знакомые дорожки еврейства, выложенные червонцами, несомненно проведены не в одну полицию и кредитную канцелярию министерства
финансов... и в большинство редакторских кабинетов. Трудись Израиль
и множь золото, — и все запищат в твоей власти».
Обширные знания, полученные В. Розановым за долгие годы дружбы с евреями, теперь заработали против еврейского сообщества в России, Розанов в 1913 году в своей работе «Евреи и „Трефные христианские царства“», обратил внимание на фундаментальную истину, которую через сто лет повторил в совей книге «Двести лет вместе А. Солженицын» — Розанов:
«Скрывая или оставляя в тени тот факт, что сами евреи воистину
поклоняются Молоху своего национализма, что кроме национализма
они и не имеют никаких других питательных духовных корней и даже
сам „Бог“, Существо всемирное и всечеловеческое, — для них есть исключительно „еврейский бог“, нимало не пекущийся о других народах и даже к другим народам враждебный.
Евреи в то же время уничтожают, высмеивают и всячески выедают народное чувство, сознание своей истории и государственную гордость у французов, у немцев, у русских».
И мы наблюдаем — как В. Розанов из либерального русофоба, выродка,
превращается в русского патриота и нормального русского националиста, и теперь он уже не называет свою Родину-Россию — «Свинья», а пишет другое:
«Счастливую и великую Родину любить не велика вещь. Мы её должны любить, именно когда она слаба, мала, унижена, наконец глупа, наконец, даже порочна... Но и это ещё не последнее: когда она наконец умрёт и, обглоданная евреями, будет являть одни кости, — тот будет „русским“,
кто будет плакать около этого слова, никому ненужного и всеми покинутого». — Сказано трогательно, верно, сильно и необычайно актуально.
У Розанова появились и антилиберальные убеждения о пользе табу и запретов для людей: «Устраните берега, и река разольётся в болото».
К 60-ти годам Розанов поменял на противоположное многие свои взгляды, в том числе — и на Николая Гоголя, он писал Струве:
«Я всю жизнь боролся и ненавидел Гоголя: и в 62 года
думаю: „Ты победил, ужасный хохол“. Нет, он увидел русскую душеньку
верно, хотя и пробыл в России всего несколько часов».
В октябре 1913 г. В. Розанов написал несколько статей по «делу Бейлиса» уже с другой точкой зрения: «Для меня — Андрей Ющинский есть мученик христианский. И пусть дети наши молятся о нём, как о
замученном праведнике», — писал Розанов
Но информационное поле над Россией и общественное мнение фактически было уже захвачено еврейскими олигархами Рубинштейном и пр. — и никто не рискнул их печатать. В своих дневниковых записях Розанов отметил: «10 октября 1913 г. — не пропускают моих статей о Ющинском».
Только одна татарская газета «Земщина» в 1914 году согласилась печатать его статьи «Европа и евреи», «В соседстве Содома», «Ангел Иеговы у евреев» и пр.
Третирование В. Розанова
С осени 1913 года в России началось мощное третирование В. Розанова на всех уровнях: от изгнания его из различных обществ и до — доведения его и его семьи до голодной смерти. Либерал-демократы и еврейские деятели создали много грязных анекдотов про В. Розанова, а некто Н. П. Ашешов написал много статей, позорящих Розанова, например название одной из них — «Всеобщее презрение и всероссийский кукиш».
В. Розанов своё спасение, русского народа и России видел в одном: «Одна против евреев надежда — Царь. Оттого-то „вытолкнуть из России“ Царя, подорвать у русских авторитет Царя, поднять Восстание на него — их лозунг».
А в России произошло худшее — Царя свергли. И В. Розанов, уже совсем забыв себя десятилетней давности, весной 1917 года книгоиздателю И. Сытину писал: «Как же это мы просмотрели всю Россию...».

«Спасительные маневры» В. Розанова
В 1918 году высохший с голоду до 40 килограммов В. Розанов, потерявший из-за новой власти 15-летнегог сына, уже сломленный бедами, он пытался спасти от голодной смерти свою семью и попытался покаянно заигрывать с новой властью — в письме благополучному Струве он писал:
«Самый „социализм их“, как его ненавижу, все-таки замечателен: все-таки ведь социализм выражает мысль о „братстве народов“ и „братстве людей“».
А в письме к Голлербаху (1918 г.) сломленный Розанов уже писал:
«Христианство может быть только разрушено. Это — система мысли, и спасения христианству нет никакого. Ранее, в печати, я уже только хитрил, хитрил много, ради цензуры и глупых читателей».
И чтобы понравиться новой власти и спасти семью он написал антихристианскую книгу «Апокалипсис» — «инсуррекция против христианства», в которой Розанов стал осуждать Христа: «Христос, занявшись „делами духа“ — занялся чем-то в мире побочным, второстепенным, дробным, частным...
Еда, питьё, совокупление. О всём этом Иисус сказал, что — „грешно“».
Эти реверансы Розанова перед властными инородными комиссарами ему не помогли, они его воспринимали — как предателя, и в письме Мережковскому Розанов писал-умолял:
«Творожка хочется, пирожка хочется». А в письме Философову: «Господи, неужели мы никогда не разговеемся больше душистой русской Пасхой; хотя теперь я хотел бы праздновать вместе с евреями».
И последняя попытка спасти свою семью — это завещание Розанова евреям:
«Веря в торжество Израиля, радуюсь ему, вот что я придумал. Пусть
еврейская община в лице московской возьмёт половину права на издание
всех моих сочинений и в обмен обеспечит в вечное пользование моему
роду племени Розановых честною фермою в пять десятин хорошей зем-
ли, пять коров, десять кур, петуха, собаку, лошадь, и чтобы я, несчастный,
ел вечную сметану, яйца, творог и всякие сладости и честную фарширо-
ванную щуку. Верю в сияние возрождающегося (в России) Израиля и радуюсь ему».
Месть мертвому В. Розанову
Зимой 1919 года Василий Розанов умер. В последний путь по всем христианским канонам провел его Павел Флоренский. Но и после смерти Розанова новое прогрессивное общество вместе с новой властью продолжало его третировать, — упорно распространяли слухи, что будто бы перед смертью Розанов окончательно отвернулся от христианства, от Христа и попросил:
«„Дайте мне изображение Иеговы“. Его не оказалось. „Тогда дайте мне
Статую Озириса“. Ему подали и он поклонился Озирису...» — писала дочь Розанова, которая обратила внимание, что эту ложь распространял Гершензон, Эфрос и др., — " Буквально повсюду эта легенда. Испугались, что папа во Христе умер. И поклонился Ему"
(Эфрос Абрам Маркович 1888–1954 гг. — видный «деятель» совет-
ской культуры, искусствовед, псевдоним — Россций. Гершензон Михаил
Осипович — «более» видный деятель советской культуры: возглавлял
Всероссийский союз писателей, председатель Лит. Секции Госуд. Ака-
демии художеств).
Захватившие Россию комиссары ненавидели и мёртвого Розанова, всячески ему вредили, и попытались стереть память о нём — уничтожили могилу Розанова. «В 1923 году кладбище в Черниговском монастыре было срыто, и, несмотря на официальную охранительную бумагу от Реставрационных
Мастерских в Москве, — могилы К. Леонтьева и В. Розанова были уничтожены. Чёрный гранитный памятник Леонтьеву был разбит в куски, а крест на могиле Розанова — был сожжён», — отметил в своей книге замечательный исследователь В. Розанова Александр Николюкин.
Р. К. 29.03.2019г.

Комментарии: